Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Биология»Содержание №7/2010

Разное

В. Н. Танасийчук

Невероятная зоология

Публикация статьи произведена при поддержке интернет проекта «История, техника и наука». Интернет проект «История, техника и наука» содержит большое количество статей и публикаций про историю изобретений, развитие науки и техники, художественные научно-фантастические рассказы и многое другое. Одна из последних публикаций сайта «Здравствуй Цезарь» расскажет про Колизей и гладиаторские бои. Интернет проект «История, техника и наука» позволит найти требуемую информацию про то или иное историческое событие, а так же поможет интересно и с пользой провести Ваш досуг. Интернет проект «История, техника и наука» располагается по адресу http://tehno-science.ru

Популярная литература и средства массовой информации могут восхитить зоолога бесконечным обилием удивительных фактов. Родоначальником этого жанра можно считать Марка Твена с его рассказом о том, как он редактировал сельскохозяйственную газету.

В популярной книжке по бионике, снабженной хвалебным предисловием очень крупного, но далекого от зоологии ученого я нашел одну из наиболее эффектных баек. «Инженеры... долго и безуспешно мучились, пытаясь найти способ вбивать сваи в твердый грунт, пока не догадались присмотреться к ящерице-круглоголовке, живущей в песках. В момент опасности она встает на хвост и начинает мелко-мелко вибрировать, мгновенно зарываясь в грунт». И рядом – рисунок дрожащей ящерицы, стоящей на хвосте.

То, что ящерицы удивительные создания, отрицать невозможно. Некоторые из них могут даже летать, вернее, планировать с помощью широких кожистых перепонок, поддерживаемых ложными ребрами. Но вставать на хвост они, увы, не умеют. Беззаботный автор не удосужился заглянуть в зоологический справочник и сел в калошу. Круглоголовки действительно зарываются в песок с помощью вибрации. Но делают они это лежа. Секунду назад животное лежало, распластавшись, потом его силуэт как будто расплывается – и ящерица исчезает, потонув в песке.

 В начале 1990-х гг. (не первого апреля!) в ленинградских газетах прошла волна публикаций о страшной рыбе пирмин, появившейся в Финском заливе. «Необычайно жизнеспособная», она «способна передвигаться по влажной траве, земле и снегу. По канализационным трубам она может достичь ванных и туалетных комнат горожан. Пирмин обладает очень острыми зубами и мощными челюстями. Известны случаи, когда она перекусывала подземные кабели энергосистемы метро». «В травматологический пункт были доставлены 9 рабочих объединения «Электросила». Любители подледного лова поступили с тяжелейшими травмами... Вдруг вода в лунках вскипела, оттуда, как пружины, выскочили длинные тела, похожие на змей, и дальше – боль и потеря сознания». Авторы сенсации не постеснялись сослаться на Зоологический институт Академии наук, где будто бы появление чудовища связали с загрязнением Финского залива при строительстве и эксплуатации знаменитой дамбы и повышением температуры в нем до «экваториальных отметок». «По всей вероятности, с каким-нибудь траулером в воду Финского залива были доставлены икринки амазонской пираньи. Остается предположить, что эта разновидность хищной рыбы скрестилась в экстремальных условиях Невской губы с миногой».

Естественно, реальный Зоологический институт не мог не отреагировать, и один из ведущих ихтиологов страны популярно объяснил в прессе, что пиранья и минога так далеки друг от друга, что говорить о возможности их скрещивания – все равно что говорить о гибриде бабочки и слона. Но сенсация уже состоялась, и немало питерцев с подозрением косились на свои унитазы.

Газеты регулярно печатают массу зоологических страшилок.  Владивостокская газета «Красное знамя» в 1980 г. сообщила о том, что возле японского острова Окинава «привлеченная светом подводного фонаря морская игла атаковала аквалангистов. Спасти человека не удалось». Морские иглы (их около 150 видов) – ближайшие родственники морских коньков, длина их – от 2,5 до 60 см. Эти совершенно мирные существа замечательны умением притворяться водорослями, прячась в их гуще. Страшны они только для крохотных рачков.

В 1999 г. в «Известиях» появилась заметка о том, что, согласно сообщению китайского агентства Синьхуа, в провинции Сычуань знаменитые панды перешли от растительного к плотоядному образу жизни и за год сожрали целых 48 овец. В действительности панды питаются почти исключительно молодыми стеблями и листьями бамбука, занимаясь этим по 12–14 часов в день. При случае они могут разнообразить диету стеблями ириса и шафрана, порой закусывают и мелким грызуном. Но нападать на овец...

Одна из наиболее экстравагантных теорий была высказана нефтепромышленником Льюисом Менсоном на 205 страницах великолепно изданной (1978, Инглвуд, Калифорния), прекрасно иллюстрированной книги «The Birth of the Moon» («Рождение Луны»). Мамонты, динозавры (автор, по-видимому, полагал, что они жили одновременно) и почти все живое на Земле погибло от притяжения пронесшейся рядом с Землей звезды, в результате чего возникла Луна, угол вращения Земли изменился, атмосфера была буквально высосана при этой катастрофе, но по неведомой причине уцелели люди и «мелкие животные». Причем произошло это не более чем 10 тыс. лет назад. Опубликована книга была «в сотрудничестве с Университетом Нортроп, Калифорния», но, несомненно, за счет автора.

Говоря о печатных странностях, нельзя не упомянуть филателию. С детских лет осталось у меня воспоминание о марке Ньюфаундленда второй половины XIX в. с изображением тюленя, опирающегося на аккуратные передние лапы, похожие на собачьи. Опытные филателисты, несомненно, с ходу назовут добрый десяток таких же смешных ошибок на марках.

Я бережно храню значок, выпущенный в 1966 г., – «225 лет Командорам». Значок как значок, довольно красивый: штурвал, над ним чайка, синее небо, скалы, море, а на переднем плане – морской котик. Но есть в нем некоторая странность. Даже не то, что 225 лет Командорским островам, которые существовали миллионы лет до этого. Дело в том, что художник, поленившийся заглянуть в зоологический справочник, изобразил котика (тоже тюленя!) с пушистым кошачьим хвостом. Значок, кажется, был выпущен на Ленинградском монетном дворе, а в «Комсомольской правде» появилась издевательская «рецензия» на него.

Порой палеонтологи при раскопках находят черепа ископаемых животных с аккуратными, как будто просверленными отверстиями в лобных костях. Чем же это может быть, как не следами ран, нанесенных неведомым – вероятно, лучевым – оружием? Именно так объясняют происхождение этих отверстий энтузиасты, верящие в посещение Земли пришельцами с далеких планет. Разгадка гораздо проще: здесь выбирались наружу из лобных пазух животных личинки носоглоточных оводов, пищеварительные ферменты которых растворяют костное вещество. Рисунок таких отверстий на черепе первобытного бизона приводит в своей книге известный зоолог и палеонтолог Н.К. Верещагин.

Прекрасный знаток природы писатель Алексей Ливеровский издевался в печати над своими коллегами-писателями, храбро описывавшими «вспотевших от ярости тигров» (у тигра нет потовых желез), медведей, во время гона бьющих друг друга дубинами, напавшую на путевого обходчика стаю барсуков (барсук же зверь одиночный и боязливый) и прочие благоглупости.

Президент Географического общества СССР С.В. Калесник однажды не выдержал и напечатал статью «О языке научных работ (записки редактора)» с целым букетом жемчужин, среди которых был и «заяц-рысак», и «Васька да Гама».

Иногда восхитительные перлы возникают из-за плохого знания научной терминологии. В весьма уважаемом биологическом журнале однажды появился реферат английской статьи о некоем паразите, обнаруженном у гибрида оленя и койота, – химере, не приходившей в голову даже авторам бестиариев. Как такое могло получиться? В действительности речь в статье шла о паразите, обитающем в организмах и койота, и чернохвостого оленя, которого по-английски часто называют mule deer. А в английском языке слово «мул», взятое отдельно, означает не только помесь лошади и осла, но и вообще гибрид. Автор реферата знал английский, но в зоологии явно не разбирался – вот и получилось нечто сверхъестественное. Паразит же действительно обитал в организмах и оленя, и койота, которому случалось покушать оленины.

Говоря о невероятной науке, нельзя пройти мимо розыгрышей, нередко появляющихся в печати, чаще всего в первоапрельских номерах журналов. Иногда их принимали всерьез даже крупные ученые. В советской науке один из самых грандиозных розыгрышей был связан не с зоологией, а с генетикой. В 4-м номере за 1972 г. журнал «Химия и жизнь», сославшись на несуществующий немецкий «Журнал селекции репы», сообщил о том, что в хромосомы растения Cucumis sativus – попросту говоря, огурца – были встроены гены, ответственные за молочно-кислое брожение. Подано это было очень серьезно, с массой наукоподобных подробностей. В результате прививки, утверждалось в статье, на грядках выросли нежные малосольные огурчики. Читатели журнала посмеялись, но настоящий хохот начался в сентябре того же года, когда в «Известиях Академии наук» да еще в номере, посвященном 50-летию СССР, появилась статья известного советского генетика об успехах этой науки. В ней, в частности, говорилось, что «путем трансдукции, т.е. внесением гена с помощью вируса, раннему сорту огурцов был привит комплекс генов, ответственных за молочнокислое брожение. Так был получен новый сорт огурцов, обладающих замечательными вкусовыми качествами». Ссылки на источник не было, но формулировки в точности повторяли те, первоапрельские...

В апрельском номере «Химии и жизни» за 1982 г. художник-анималист Николай Николаевич Кондаков поведал о своих наблюдениях над головастиками в маленьком бочажке у старой водяной мельницы близ Загорска. Среди них изредка («приблизительно 1 : 10 000») попадались экземпляры более крупные, трансформировавшиеся не в лягушек, а в совершенно других существ, сведений о которых он не смог найти ни в одном определителе земноводных. Заметка сопровождалась серией рисунков, иллюстрирующих цикл развития лягушонка, а рядом – цикл неизвестного науке существа, а попросту – крохотной русалочки. Редакция завершала заметку словами о том, что встречен реликтовый эндемичный вид некогда многочисленного семейства, более крупные представители которого послужили фактическим основанием для легенд о полурыбах-полуженщинах, и что очаровательный реликтовый эндемик должен быть занесен в Красную книгу и сохранен во что бы то ни стало.

За несколько месяцев до публикации Николай Николаевич прислал мне фотографии этих рисунков с дополнением: кроме русалок из-под его кисти «вылупился» крохотный водяной. Этот замечательный зоолог и художник иллюстрировал оба издания многотомной «Жизни животных», множество научных и популярных книг – некоторые его друзья хранят изображения морского дьявола и морской дьяволессы, созданные им, конечно же, с натуры. Ведь недаром он еще в 1930-е гг. опускался в громоздком водолазном скафандре, чтобы наблюдать вблизи жизнь обитателей морского дна.

От него я узнал еще об одном замечательном проекте – к сожалению, просуществовавшем недолго. В середине тех же 1930-х гг. в Зоологическом институте по вечерам группа молодых ученых во главе с профессором университета Андреем Петровичем Римским-Корсаковым, блестящим специалистом в области сравнительной анатомии, развлекалась тем, что моделировала морфологию различных мифологических существ – наяд, гарпий, драконов, кентавров. Обсуждались самые странные комбинации, например пищеварительная система кентавров, их два сердца и многое другое. Николай Николаевич делал «серьезные» анатомические рисунки; они погибли в блокаду, но сохранились и даже изданы наброски химер собора Парижской Богоматери, сделанные Андреем Петровичем, с его комментариями по поводу этих химер и химер вообще («Андрей Петрович Римский-Корсаков. 1897 – 1942». СПб, 1997).

В конце концов шутники решили – надо создать скелет кентавра! Материал был под рукой – взяли скелет кулана, родственника диких лошадей, добыли скелет человека. И кентавр получился! В маленькую комнатку над помещением музейных экскурсоводов потянулись зоологи поглядеть на воссозданное мифологическое существо. Но дня через три о непорядке, творящемся в его институте, узнал директор, академик С.А. Зернов. Человек он был мрачноватый и чувством юмора не обладал. Посмотрел Зернов на кентавра и буркнул: «Разобрать эту мерзость!» Даже фотографий не осталось...

А благодаря Интернету я узнал, что эта идея совсем недавно возникла в головах других людей, на другой стороне Земли. В 1994 г. в США, в библиотеке имени Джона Ходжеса при университете штата Теннеси открылась экспозиция «Раскопки кентавра», на которой был представлен скелет кентавра, будто бы добытого при раскопках в греческом местечке Волос, а также древнегреческая керамика с изображениями кентавров. Устроители выставки не делали особого секрета из происхождения главного экспоната. Он был создан из лошадиных и человеческих костей профессором Уиллерсом из университета штата Висконсин, а чтобы придать им «древний» вид, кости выдерживались в крепчайшем чайном настое.

Забавно, но именно на примере русалок можно проследить, как возникают газетные утки. В 1989 г. на симпозиуме, посвященном юбилею выдающегося американского океанографа Карла Банзе, юбиляр с серьезным видом прочел доклад о биологии, культуре и причинах исчезновения русалок. Аудитория приняла его с восторгом и предложила опубликовать в солидном американском журнале «Лимнология и океанография», что и было сделано в 1990 г. В этой работе Банзе рассказывает, что анализ литературы привел его к идее о существовании в прошлом трех видов русалок; научное их описание готовится. Русалка обыкновенная обитала в Средиземном море и у атлантических берегов Пиренейского полуострова и была известна уже античным авторам. Русалка индийская жила у берегов Америки, и ее будто бы наблюдал натуралист Нереус, участвовавший во втором путешествии Колумба (Нерей, в латинской транскрипции Нереус, – греческое морское божество, отец Нереид). Третий вид – русалка эритрейская – обитала в Красном и Аравийском морях, у берегов Индонезийского архипелага ее видел Шлемиль (ссылка на работу Шамиссо). Если вспомнить, что немецкий писатель Шамиссо написал повесть «Необычайная история Петера Шлемиля», в которой повествуется о человеке, потерявшем свою тень, то замысел Банзе становится еще более прозрачным. Далее доказывается, что большая (человеческая) голова русалок свидетельствует о хорошо развитом мозге и о том, что они должны были обладать своеобразной культурой: в частности, для пропитания они, по-видимому, создавали плантации съедобных растений и моллюсков. Гибель же их связана с усилением рыболовства и загрязнением моря, приводящего к размножению медуз, обжигающих их нежную кожу.

Реферат статьи Банзе появился в журнале «Наука и жизнь» в 1991 г., естественно, в апрельском номере. А дальше – покатилось-поехало, самодеятельные «исследователи» опять проглотили крючок вместе с наживкой... И вот в том же году «Комсомольская правда» печатает интервью с Майей Быковой, человеком, убежденным в реальности существования и русалок, и снежного человека; она рада тому, что статью о русалках поместил такой «пуританский журнал», как «Наука и жизнь» и полагает, что русалки живут не только в теплых морях, как считает Банзе, но в любых водоемах, вплоть до карельских озер и притоков Печоры. И вообще это – «водная форма жизни человекоподобных. Это не рыбы, но и не разумные существа». «Независимая газета» в феврале 2002 г. опубликовала статью «В тени ветвей древа гоминоидов» (автор – Н.Дорожкин), в которой утверждается не только то, что русалки существуют (со ссылками на Банзе и М.Быкову), но и то, что они «матери, жены, сестры и дочери» реликтовых гоминоидов, то есть снежных людей (они же лешие). В октябре 2003 г. снова в «Комсомольской правде» идею развивает С.Кузина со ссылками на Банзе и некоторых российских энтузиастов. И вот уже «пуританская» «Наука и жизнь» в 2003 г. помещает большую статью Г.Горбовского, всерьез обсуждающего тему русалок и подозревающего, что появляются они из неких параллельных миров или других эпох. Ссылки опять же на Карла Банзе, О.М. Иванову и пару исследований по фольклору. И, увы, статья эта появилась не в апрельском, а в сентябрьском номере – значит, была принята редакцией всерьез?..

Что же могут сказать о русалках зоологи? Русалки – типичные химеры. В одном таком «существе» смешиваются признаки двух совершенно разных групп животных – рыб и человекоподобных приматов. Как может функционировать подобный организм, совершенно непонятно. Если бы он существовал, у него должны были бы иметься и родственники, и предки, но зоологии и палеонтологии таковые неизвестны. И когда читаешь рассказы «очевидцев» и энтузиастов, невольно вспоминается старый анекдот о скрещивании ужа и ежа с целью получения колючей проволоки.

Но существует реальная группа млекопитающих животных, которых и в древности, и в Средневековье принимали за русалок. Это самостоятельный отряд сирен, названный так по аналогии с древнегреческими морскими нимфами. Он включает три семейства, к которым относятся три вида ламантинов, один вид дюгоней и один – морских коров, истребленных человеком в XVIII в. всего за 27 лет. Все они питаются водорослями, обитают у берегов морей и в устьях тропических рек и имеют парные молочные железы, расположенные на груди. Во время выкармливания детенышей эти железы набухают, напоминая женские груди; это обстоятельство плюс богатое воображение моряков и стало причиной возникновения легенд о морских русалках. Что же касается русалок озерных и речных, то эти существа числятся по ведомству фольклористики (а порой и психиатрии), но к зоологии отношения не имеют.

Рисунки из книги: Танасийчук В. Невероятная зоология. – М.: КМК, 2009.

Рейтинг@Mail.ru