Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Биология»Содержание №13/2009

История науки

З. А. Зорина

Н.Н. Ладыгина-Котс – основоположник отечественной зоопсихологии

Н.Н. Ладыгина-Котс с шимпанзе Иони

Проблема биологических корней поведения и психики человека на протяжении всего ХХ в. была одной из наиболее актуальных в психологии и эволюционном учении. Не утратила она своей актуальности и сейчас. В России у истоков исследований в этой области стояла Надежда Николаевна Ладыгина-Котс (1889–1963). 1

Н.Н. Ладыгину-Котс принято считать – и это совершенно справедливо – одной из основоположниц отечественной зоопсихологии и сравнительной психологии. Однако Надежда Николаевна внесла огромный вклад в появление и развитие и ряда других направлений, которые оформились как самостоятельные гораздо позднее, в том числе и после ее кончины.

Ладыгина-Котс стояла у истоков современной когнитивной науки. Это новое и бурно развивающееся комплексное направление окончательно оформилось в России в самом начале XXI в. Когнитивная наука – область междисциплинарных исследований познания, понимаемого как совокупность процессов приобретения, хранения, преобразования и использования знаний живыми и искусственными системами. Для объединения специалистов разного профиля, изучающих указанные проблемы, в нашей стране была организована Межрегиональная ассоциация по когнитивным исследованиям (МАКИ). Три международные конференции продемонстрировали плодотворность этого объединения философов, лингвистов, физиологов высшей нервной деятельности, психологов (в том числе специалистов в области сравнительной психологии), а также исследователей искусственного интеллекта, специалистов по робототехнике и симуляторам живых систем. Исследования когнитивной (или познавательной, по терминологии Н.Н. Ладыгиной-Котс) деятельности животных органически входят в этот комплекс, а сама Надежда Николаевна стала предшественницей данного направления. Проведенный Ладыгиной-Котс глубокий сравнительный анализ видоспецифичного поведения ребенка и детеныша шимпанзе, а также сравнительное изучение инстинктов у многих видов позвоночных следует отнести к истокам этологии человека, которая в тот период еще просто не существовала как наука.

Надежда Николаевна Ладыгина родилась в Пензе 6 (19) мая 1889 г. Дед ее был крепостным, но грамотным и предприимчивым человеком, который выкупился на волю буквально накануне отмены крепостного права, а отец получил образование и преподавал музыку и пение в Пензенском художественном училище. В 1908 г. Н.Н. Ладыгина с отличием окончила Пензенскую гимназию и поступила на Высшие женские курсы в Москве, на зоологический цикл естественного отделения физико-математического факультета, который окончила в 1917 г.

Ученики Н.Н. Ладыгиной-Котс, наши старшие современники, крупные психологи (С.Л. Новоселова, Д.Б. Богоявленская, Л.И. Анциферова, Л.А. Парамонова и др.) воспринимали ее как носителя духа русской дореволюционной интеллигенции, «продолжение серебряного века». На проходившем в 1999 г. в Государственном Дарвиновском музее заседании, посвященном 110-летнему юбилею Надежды Николаевны, выступавшие отмечали удивительную силу духа этой женщины, говорили, что «она излучала ауру нравственности, которая осеняла всех окружающих».

Н.Н. Ладыгина-Котс и ее сын Р.А. Котс во время чтения лекции тяжело раненым бойцам и медицинскому персоналу в палате госпиталя, размещенного в музее (1941 г.)

Внешность Н.Н. Ладыгиной-Котс также была совершенно незаурядной. Светлана Леонидовна Новоселова, которая пришла к Ладыгиной-Котс еще студенткой, пишет: «Надежда Николаевна была настоящей красавицей с одухотворенным лицом, пышной волной прекрасных волос. В молодости и в зрелые годы она романтично одевалась, бывала в обществе. С годами внешний облик Надежды Николаевны становился строже, но простота, грация и особый стиль радушного, но дистанцированного обхождения великолепно воспитанной русской женщины конца XIX – начала XX в. сохранились в ней до конца» 2.

Как известно, Высшие женские курсы были очень серьезным вузом, где преподавали крупнейшие специалисты, в том числе профессора МГУ, покинувшие его по политическим соображениям. Например, курс экспериментальной биологии читал сам Н.К. Кольцов. Уже на первом курсе ярко проявился интерес Надежды Николаевны к проблемам развития психики и поведения животных, тесно связанный с ее интересом к эволюционному учению и дарвинизму. Этому способствовали блестящие лекции молодого профессора-эволюциониста А.Ф. Котса.

Лекции он сопровождал демонстрацией своей уже тогда обширной коллекции экспонатов, иллюстрирующих теорию происхождения видов. Именно эта коллекция составила основу современного Дарвиновского музея, основанного А.Ф. Котсом в 1907 г.

Н.Н. Ладыгина-Котс с чучелом
черного волка (1915 г.)

А.Ф. Котс – профессор Высших
женских курсов (1910-е гг.)

В 1911 г. Н.Н. Ладыгина стала женой А.Ф. Котса. Это была не просто дружная семейная пара, а союз единомышленников, и общим делом их жизни стал Дарвиновский музей. С его организацией, становлением и функционированием тесно и органически связана и вся научная деятельность Н.Н. Ладыгиной-Котс. Супруги отдавали музею все свое время, всю энергию. Кроме огромной работы по организации экспозиции, сбору и анализу коллекций, на протяжении всей жизни, даже будучи уже всемирно известными учеными, супруги Котс водили экскурсии по музею для самой разной публики. Это могли быть крупные зарубежные ученые (например, Р.Йеркс, Я.Дембовский, Е.Клапаред и др.), могли быть обычные школьники или же раненые госпиталя, размещавшегося в здании музея во время Великой Отечественной войны. Много внимания супруги Котс уделяли кюбзовцам – членам кружка юных биологов зоопарка, которым руководил их коллега П.П. Смолин.

Государственный Дарвиновский музей. Справа – здание, открытое в 1995 г., слева – хранилище и выставочные залы, открытые в 2007 г.

Их брак – это одна из поразительных love story длиною в полвека.

В 1995 г. экспозиция Государственного Дарвиновского музея была открыта для посетителей в новом, отдельном здании. Это стало исполнением мечты и неустанной заботы супругов Котс, которым так и не удалось добиться этого при жизни. В 2007 г., к своему столетию, музей получил в подарок еще одно новое здание – фондохранилище.

На пополнение коллекций супруги тратили все свои скромные средства. Так, чучела волков меланиста и альбиноса были куплены на деньги, подаренные им на устройство дома.

В Дарвиновском музее хранится огромный фотоархив, запечатлевший красоту Н.Н. Ладыгиной-Котс в самых экзотических костюмах, интерьерах и аксессуарах [см. также: Шубина Ю.В. Век Дарвиновского музея в фактах и фотографиях. – М., 2008]. Многие из этих снимков сделаны А.Ф. Котсом, который занимался фотографией на очень высоком, почти профессиональном уровне.

А.Ф. Котс и Н.Н. Ладыгина-Котс
(начало 1960-х гг.)

В 2009 г. исполняется 120 лет со дня рождения Н.Н. Ладыгиной-Котс. В честь этого события в Дарвиновском музее обновлена экспозиция биографических материалов. В день рождения Надежды Николаевны в музее открылась выставка рисунков, созданных обезьянами, собранных чешским приматологом М.А. Ванчатовой. Тематика выставки связана с тем, что Н.Н. Ладыгина-Котс была первым исследователем, обнаружившим способность шимпанзе рисовать.

Собственная научная деятельность Н.Н. Ладыгиной-Котс началась еще в студенческие годы. В 1913 г. ей удалось приобрести полуторалетнего детеныша шимпанзе Иони, который жил затем в ее семье как приемный ребенок. В течение 2,5 лет (до момента смерти Иони от инфекции в 1916 г.) она регулярно наблюдала и со всеми подробностями регистрировала его поведение. Результаты этой работы были обобщены в 3 монографиях. Две из них – «Исследование познавательных способностей шимпанзе» (1923) и «Дитя шимпанзе и дитя человека в их инстинктах, эмоциях, играх, привычках и выразительных движениях» (1935) – были опубликованы, а третью, «Способность шимпанзе к различению формы, величины, количества, к счету, к анализу и к синтезу» Надежде Николаевне опубликовать так и не удалось, хотя она придавала ей большое значение. К сожалению, в настоящее время рукопись этой монографии утрачена…

Темы и объекты основных экспериментальных работ Н.Н. Ладыгиной-Котс:

• 1913–1916 гг. – поведение шимпанзе Иони;
• 1920-е гг. – онтогенез поведения и инстинкты животных-неприматов;
• 1925–1930 гг. – онтогенез поведения ребенка;
• 1940–1950-е гг. – орудийная деятельность шимпанзе Париса и низших обезьян;
• 1950-е гг. – подражательное конструирование у детей и шимпанзе.

Впоследствии Н.Н. Ладыгина-Котс обращалась к различным аспектам поведения животных и работала с разными объектами, не ограничиваяcь изучением психики антропоидов и других приматов. В сферу ее интересов входило сравнительное изучение онтогенеза поведения и инстинктов у самых разных видов млекопитающих и птиц. В начале 1920-х гг. она основала при Дарвиновском музее Зоопсихологическую лабораторию и провела в ней ряд сравнительных исследований мышления (способность к «счету») у нескольких видов млекопитающих и птиц. Также в 1920-е гг. она проводила работу в Московском зоопарке, директором которого был в тот период А.Ф. Котс. Большая серия исследований была посвящена онтогенезу поведения хищных млекопитающих (волки, лисы, тигры), которых Надежда Николаевна терпеливо выкармливала и приручала. Так, например, она исследовала у волков цветное зрение – вопрос, к которому биологи вернулись только сейчас. Результаты этих работ обеспечили базу для глубоких обобщений и фундаментальных заключений, – в частности, заключения о том, что элементарное мышление животных является прообразом мышления человека.

Н.Н. Ладыгина-Котс с волчатами

Плодотворность работ Н.Н. Ладыгиной-Котс во многом обусловлена оригинальностью использованной ею методологии – как в общих подходах, так и в частных методиках. Надежда Николаевна считала себя последовательницей Дарвина и в своей работе основывалась на широких и разноплановых сравнениях – высшие и низшие приматы, антропоиды и человек, приматы и остальные млекопитающие и т.д.

Вторым важнейшим фактором было осуществление биологического подхода (или биопсихологического метода, по В.А. Вагнеру) к изучению психики животных. Этот подход предполагал учет биологических особенностей изучаемого вида и выбор биологически адекватного метода исследования. Сейчас это кажется само собой разумеющимся, однако начало ХХ в. требовало от исследователя борьбы как против антропоморфизма, так и против «механизирования психики», против «сведения ее к чисто физико-химическим процессам без учета психических элементов в природных условиях жизни животных» [Ладыгина-Котс Н.Н. Исследование познавательных способностей шимпанзе. – М., 1923]. Надежда Николаевна решительно выступала и против тех, кто, «приклеивая ярлык рефлекса ко всем проявлениям психики (от низших до высших ее форм), низводят животное до роли автомата» [там же]. Вслед за Вагнером она отстаивала необходимость внедрения филогенетического и онтогенетического методов в сравнительно-психологические исследования, «возможность плодотворного перенесения основных принципов эволюции из области морфологических наук в пределы зоопсихологии» [там же].

Для изучения психики шимпанзе Надежда Николаевна применила метод обучения «выбору на образец», когда из нескольких предложенных объектов животное должно выбрать идентичный образцу. В Дарвиновском музее сохранились кинокадры, зафиксировавшие, как происходили опыты с Иони.

Этот метод занял в мировой науке столь же прочное место, как метод условных рефлексов, и на протяжении всего ХХ столетия успешно применялся и применяется во всем мире для исследования самых разнообразных аспектов познавательной деятельности не только приматов, но и других млекопитающих, а также птиц. Первоначально его использовали для оценки сенсорных способностей – восприятия цвета, формы и т.п. Однако еще Ладыгина-Котс отмечала, что этот метод ориентирован не на анализ отдельных признаков, а на более высокий уровень отражения, на выявление соотношения между образцом и одним из стимулов для выбора. Поэтому постепенно он сделался инструментом для изучения более сложных когнитивных функций – обобщения, абстрагирования, символизации и т.п.

Н.Н. Ладыгина-Котс во время опыта с шимпанзе Иони: выбор на образец буквы А (по Ладыгиной-Котс, 1923)

Именно в этом качестве эта методика применяется в лаборатории физиологии и генетики поведения, основанной Л.В. Крушинским на биологическом факультете МГУ. Благодаря работам А.А. Смирновой удалось обнаружить способность врановых птиц формировать довербальное понятие «сходство», усваивать символы-числительные. Особый интерес представляет обнаруженная с помощью этого метода способность ворон к одной из операций логического вывода – выявлению аналогии в структуре двухкомпонентных стимулов. Эти когнитивные способности ранее были описаны только у антропоидов 3.

Постепенно менялся и дизайн эксперимента. Первоначально опыт происходил при непосредственном контакте экспериментатора с подопытным животным. С годами появлялись варианты опыта, которые исключали возможность прямого контакта, способную повлиять на результаты. Опыты приспосабливали для разных животных и разных задач. В настоящее время имеются разнообразные автоматические системы обучения, применяют чувствительные к прикосновению дисплеи компьютеров.

Еще один метод, который прочно утвердился в мировой науке благодаря Н.Н. Ладыгиной-Котс – это системное изучение поведения и психики детенышей антропоидов при воспитании их в человеческих семьях. Эксперимент Надежды Николаевны был повторен рядом психологов (К. и К.Хейс, Л. и У.Келлог, Р.Йеркс) в 1930–1950-х гг., а особое развитие получил в 1970-е гг. в проектах по обучению обезьян простым незвуковым аналогам человеческой речи 4.

Надо заметить, что авторы «языковых проектов» неизменно ссылались на «Дитя шимпанзе ...» (даже до перевода книги на английский язык в 2001 г.), поскольку именно Н.Н. Ладыгина-Котс первой описала «условный язык» общения Иони с людьми и проанализировала вопрос о возможности коммуникации человека и антропоида.

Празднование 60-летия
Н.Н. Ладыгиной-Котс

Завершая краткий рассказ о научной биографии Н.Н. Ладыгиной-Котс, хотелось бы упомянуть, что ее труды получили широкую известность и признание и на родине, и за рубежом. Она была награждена орденом Ленина, ее юбилеи всегда торжественно отмечались.

Она оказывала огромное влияние на современников и воспитала несколько крупных исследователей. Ее ученики К.Э. Фабри и С.Л. Новоселова плодотворно разрабатывали ряд аспектов когнитивной деятельности животных.

Светлана Леонидовна Новоселова (1933–2005), доктор психологических наук, действительный член РАЕН, заведующая лабораторией игры и развивающей предметной среды научного Центра «Дошкольное детство» им. А.В. Запорожца, член редколлегии журнала «Развитие личности», Совета Московского отделения Российского психологического общества, вице-президент Российской международной организации по дошкольному воспитанию, начала работать с Н.Н. Ладыгиной-Котс еще в студенческие годы. Светлана Леонидовна – автор нескольких монографий (в том числе «Интеллектуальная основа развития деятельности приматов», 2000; «Генетически ранние формы мышления», 2001), которые можно рассматривать как развитие сравнительных исследований Надежды Николаевны. С.Л. Новоселова написала замечательную статью «Н.Н. Ладыгина-Котс – гордость отечественной науки» для сборника «Выдающиеся психологи Москвы» (2007). В этой статье она талантливо нарисовала портрет Надежды Николаевны не только как крупного ученого, но и как выдающейся личности.

Курт Эрнестович Фабри (1923–1990) был не учеником, но единомышленником, почитателем и продолжателем работ Н.Н. Ладыгиной-Котс, которая оказывала ему серьезную поддержку в трудные периоды его жизни. Он выполнил многочисленные сравнительные исследования разных аспектов поведения животных (в том числе манипуляционной и игровой активности), а в 1976 г. опубликовал первый учебник «Основы зоопсихологии», который до сих пор переиздается под редакцией его ученицы к.псх.н. Н.Н. Мешковой и используется студентами при изучении поведения и психики животных.

О продолжающемся влиянии Н.Н. Ладыгиной-Котс на современную отечественную науку могут свидетельствовать работы ее так называемых «научных внучек». Так назвали учениц К.Э. Фабри, докторов наук М.А. Дерягину, М.Л. Бутовскую, Г.Г. Филиппову, которые интенсивно работают в разных областях зоо- и сравнительной психологии. Им принадлежит ряд монографий и учебников по зоопсихологии, этологии, приматологии. Перечислим для примера некоторые из них:

Филипова Г.Г. «Зоопсихология и сравнительная психология», «Психология материнства»;
Дерягина М.А. «Систематика приматов», «Манипуляционная активность позвоночных»;
Бутовская М.Л. «Язык тела», «Тайны пола»;
Бутовская М.Л., Дерягина М.А. «Систематика и поведение приматов»;
Бутовская М.Л. и др. «Агрессия и мирное сосуществование: механизмы контроля социальной напряженности у человека» и др.

Фотографии приводятся с любезного разрешения руководства Государственного Дарвиновского музея.

Продолжение следует


1 По материалам статьи: Зорина З.А. У истоков сравнительной психологии и этологии человека: труды Н.Н. Ладыгиной-Котс // Вестник НГУ. Серия Психология. 2008. Т. 2. вып. 2. С. 10–27.

2 Новоселова С.Л. Н.Н. Ладыгина-Котс – гордость отечественной науки / Сб. «Выдающиеся психологи Москвы» //Под ред. В.В. Рубцова и М.Г. Ярошевского. – М.: Психологический институт РАО, 2007. – С. 243–254.

3 См. например: Зорина З.А. О мышлении животных // Биология. 2003. № 25–26; Зорина З.А., Смирнова А.А. О чем рассказали «говорящие» обезьяны. (Способны ли высшие животные оперировать символами). – М.: ЯСК, 2006; Зорина З.А., Смирнова А.А. Изучение биологических предшественников речи человека у современных антропоидов //Биология. 2007. № 13–14 и др.

4 Языкам-посредникам – подробнее см. Зорина З.А., Смирнова А.А. О чем рассказали «говорящие» обезьяны. (Способны ли высшие животные оперировать символами). – М.: ЯСК, 2006; Зорина З.А., Смирнова А.А. Изучение биологических предшественников речи человека у современных антропоидов // Биология. 2007. № 13–14.

Рейтинг@Mail.ru