Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Биология»Содержание №6/2009

Это интересно

С. Волков

«Биологические» идиомы

Продолжение. См. № 1, 2, 3, 4, 5/2009

Птичье молоко

История этого фразеологизма, вернее, история его переосмысления в языке, очень интересна. Сейчас «Птичье молоко» – привычное нам название конфет­-суфле и вкусного торта с нежной белой воздушной начинкой. Мы даже не задумываемся об этом странном словосочетании – ведь у птиц не бывает молока!

Раньше птичьим молоком как раз и называли нечто небывалое, невозможное. Если у человека было все, то о нем говорили, что ему только птичьего молока и не хватает. На какое-нибудь сумасбродное пожелание можно было сказать язвительно: «Может, тебе еще птичьего молока принести?» В обоих этих случаях перед нами – формула невозможного. Кондитеры, придумавшие когда-­то начинку для «Птичьего молока», надеялись, что их торт станет небывалым лакомством, которого еще никому не удавалось создать.

Сейчас от частого употребления это некогда редкое выражение совсем стерлось и не воспринимается уже как образное.

Развесистая клюква

Если вы видели, как растет клюква, то немало удивитесь этому выражению: развесистыми бывают высокие деревья, а клюква – низенький кустарничек, почти не видный во мху. Что же может значить этот странный оборот?

Он возник как пародия на представления иностранцев о нашей стране (ведь клюква – ягода, ассоциирующаяся именно с Россией). А ее иностранцы всегда представляли себе как страну всяких нелепостей (до сих пор, например, некоторые из них полагают, что в Москве по улицам ходят медведи). Такая нелепость и была спародирована в самом начале ХХ в. в пьесе «Любовь русского казака. Сенсационная французская драма с убийством и экспроприацией из жизни настоящих русских фермеров в одном действии с вступлением». Действие в ней происходит «в центральном департаменте России, около Санкт-­Московии на берегу Волги». Героиня пьесы девушка Аксенка вспоминает о том, как она сидела со своим возлюбленным под «развесистыми сучьями столетней клюквы».

Выражение мгновенно стало популярным как обозначение всякого рода нелепой выдумки.

Растекаться мыслью по древу

Если человек долго и путано говорит и при этом никак не доберется до сути дела или же постоянно вдается в ненужные подробности, ему могут сказать: «Давай покороче! Не растекайся мыслью по древу!»

Это странное выражение пришло к нам из «Слова о полку Игореве», написанного в XII в. и найденного в самом конце XVIII в. В нем упоминается легендарный певец­сказитель Боян, который, если «кому хотяше песнь творити, то растекашется мыслию по древу, серым волком по земли, шизым орлом под небеси».

Ученые спорят о смысле этой фразы. Она состоит из трех однородных элементов, но в двух из них речь идет о животных (волк, орел), а в третьем – почему-то о мысли. Волк действительно рыскает по земле, орел парит под облаками – но как может мысль растекаться по древу? Есть версия, что здесь имеется в виду мысь – белка. Если принять ее, то перед нами возникает трехчленная структура мира: орел – верхний мир богов, волк – нижний мир, земля. Их соединяет мировое древо, по которому и растекается белка­мысь. Всю фразу можно трактовать так: Боян обнимал своим творчеством весь мир.

Как бы то ни было, окончательную правду тут не узнать (тем более что оригинал «Слова о полку Игореве» погиб при пожаре Москвы 1812 г., остались только списки). А в загадочном обороте есть своя поэтическая красота.

Реветь белугой

Когда человек громко, в голос рыдает, испускает печальные стоны, можно сказать, что он ревет белугой. Странное сравнение – ведь белуга, крупная рыба семейства осетровых, молчит, как и все рыбы. Почему же возникло такое выражение?

Перед нами – результат элементарной ошибки. Оказывается, кроме рыбы белуги есть еще дельфин белуха, у которого как раз голос есть. Передвигаясь стадами в море, белухи ревут, как корабельные сирены! Так что правильнее было бы говорить реветь белухой. Но у языка своя логика – и то, что написано пером, уже и топором не вырубишь. Так и останется навсегда в нашем языке эта ошибка.

Родиться в сорочке

Если человек во всем удачлив, счастлив, если ему постоянно везет, а неожиданности и беды обходят его стороной, то про него скажут: «В сорочке родился!» Или в рубашке – потому что сорочка и есть рубашка. Но разве люди рождаются в рубашках, даже самые удачливые?

Оказывается, это выражение возникло из­-за того, что иногда при рождении ребенка его тело или голова могут быть покрыты околоплодным пузырем, в котором он развивался в животе у матери. Это происходит редко – видимо, исключительность события и привела к мысли о том, что родившиеся таким образом – в сорочке – будут особо счастливы.

У других народов про везунчиков говорят так: родился в чепце (поляки), родился причесанным (французы), родился в отцовой шубе (монголы) – и даже так: родился… с серебряной ложкой во рту (англичане).

С гулькин нос

В русском языке есть много выражений для обозначения малого размера или количества: с ноготок, с булавочную головку, с мизинец. Во всех них есть сравнение с чем­то заведомо маленьким. А что такое гулькин нос?

Гулькой называли в народе голубя. Это слово образовано от звукоподражательного глагола гулить и сохранилось в междометии, которым подзывают птиц – гули­-гули. Нос у голубя действительно небольшой. Впрочем, еще короче нос у воробья. Про что­-то совсем маленькое можно сказать короче воробьиного носа. А в других славянских языках есть и такие выражения: с комарову ножку, с комаров носок. Это уж что­то совсем невидимое.

Седой как лунь

Среди фразеологизмов есть целый ряд сравнительных оборотов, например: белый как снег, устал как собака, глупый как баран, гол как сокол, беден как церковная мышь. Эти обороты даже не имеют запятой перед союзом «как» – настолько они срослись в единое целое.

Есть среди них и оборот седой как лунь. Это выражение связано с птицей лунь – хищной птицей с загнутым клювом и пепельно-­серым оперением. Цвет ее перьев действительно напоминает совершенно седые волосы.

Синяя птица

Так называют символ счастья – призрачного, неуловимого, но где-то непременно существующего. Это выражение пришло к нам из знаменитой пьесы бельгийского писателя Мориса Метерлинка «Синяя птица». В ней на поиски синей птицы счастья отправились дети бедного дровосека – Тильтиль и Митиль. В пути их ждало множество сказочных превращений и приключений. Правда, волшебная синяя птица так и не далась им в руки – но зато дети за время своего путешествия поняли очень многое в жизни. Вероятно, именно в память об этом сюжете выражения охотиться за синей птицей, гоняться за синей птицей стали обозначать поиски невозможного, пустую трату времени в погоне за несбыточным.

Пьеса Метерлинка была очень популярна в России и до сих пор идет на сценах многих театров. А Детский музыкальный театр им. Н.Сац даже сделал изображение синей птицы своей эмблемой.

Продолжение следует

Рейтинг@Mail.ru