Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Биология»Содержание №16/2007
ДЕТСКИЕ РАБОТЫ

ДЕТСКИЕ РАБОТЫ

Юлия ВОЛОШЕНКО,
10-й класс, ГОУ «СОШ № 3»,
г. Байконур

Подиум на лесной лужайке

Это утро в лесу ничем не отличалось от других. Как всегда, старые жуки собрались под большим лопухом пошуршать о новостях. Как обычно, юные бабочки слетелись на лужок на чашечку утреннего нектара. А бабочки были большими затейницами. Не было дня, чтобы они что-нибудь ни придумали: то в прятки с кузнечиками играют, то в горелки со шмелями носиться вздумают, то к Тетушке Стрекозе на реку улетят – слушать длинные истории про ее молодость. Вот и сегодня не успели все собраться, а бабочка Махаон уже новую забаву придумала.

– Бабочки-душечки, а давайте устроим конкурс на самый красивый наряд!

– Ой, как здорово, как весело, как хорошо! – загомонили озорницы и разлетелись по домам прихорашиваться.

Пробежал час. Собрались прелестницы. Для показа выбрали самую большую ромашку, расселись на лепестках, стали смотреть друг на дружку да нарядами хвастаться.

– Фр, шур, кхм, хм! Вот затейницы, вот хулиганочки! – ворчали старые жуки в усы.

А бабочки веселились. Первой наряд демонстрировала бабочка Зорька. Взмахнула красавица легкими крылышками – всем показалось, что стало светлее, ведь на крылышках бабочки сияли по половинке солнышка.

Следом за Зорькой закружилась в легком танце бабочка Лесная Голубянка. Ее лазурные крылышки создавали вокруг легкую прозрачную сферу.

Вот на середину ромашки, грациозно помахивая резными крылышками, опустилась бабочка Махаон. Вспорхнула вверх, поймала крыльями солнечного зайчика, и все увидели на ее наряде очень модную фиолетовую отделку по контуру и словно бы луну на крыльях.

Бабочка Крапивница, переливаясь всеми цветами, исполнила головокружительный «Танец радуги».

Бабочка Крушинница поразила необыкновенно яркой, праздничной лимонной окраской крыльев.

Хохотушки примолкли от восторга, а потом дружно зааплодировали, когда на импровизированной сцене появилась бабочка Траурница в элегантном черном платье из чудесного бархата.

Целый день на лужайке звенел веселый смех, слышались восхищенные возгласы. А старые жуки под лопухом все шуршали:

– Шур-пур... Вот молодежь!..

История белого тигра

Они были еще совсем маленькими, беспомощными. Часами жалобно пищали, тыкаясь мордашками в стены логова. Но для матери-тигрицы это были первые, самые красивые, самые дорогие детеныши. Она нежно облизывала их теплым шершавым языком, умиротворенно вздыхала, когда малыши утыкались носами в ее живот. Она загрызла бы любого, осмелившегося обидеть первенцев.

Тигрят было двое. Один из них обещал стать сильным рыжим красавцем, а другой был совсем не похож на брата. Его шкура сияла снежной белизной, и тем резче выделялись на ней черные полоски.

Шло время. Тигрята подрастали под бдительной опекой матери. Молодая бенгальская тигрица приносила и отдавала детям самое нежное мясо, водила их к самому чистому водоему и подолгу играла с ними возле реки. Малыши жили, не зная забот и тревог.

Однажды семью разбудил громкий звук – «бух». Тигрица заволновалась, повела тигрят к безопасному, как ей казалось, месту. Рыжик быстро устал. Мать понесла его за шиворот, прикусив зубами мягкую шерсть. Белый семенил рядом.

Затрещали кусты. Громкий «бух» раздался совсем близко. Рыжик вырвался от испуга, отлетел в сторону, а мать, жалобно скуля, скрылась за деревом. Белый забился в заросли. Он видел, как странные двуногие существа схватили Рыжика и спрятали в мешок.

Через некоторое время все стихло. Белый вылез, мяукнул, окликая мать, но та не отозвалась. Очень хотелось есть. Тогда тигренок несмело отправился в сторону, куда она скрылась. Мать он увидел. Тигрица неподвижно лежала на поляне. Белый подошел к ней, потянул зубами за ухо, лизнул холодный нос – мать не отвечала. Захлебнувшись протяжным мяуканьем, малыш привалился к еще теплому материнскому боку и заснул.

Проснулся он от холода. Еще недавно теплый бок матери стал ледяным. Белого охватила тоска, ему стало страшно. Он долго мяукал, рычал, но ничего не помогало. Малыш понял, что мать никогда уже не поднимется. Так Белый впервые встретился со смертью.

Долго бродил тигренок по окрестностям. Отовсюду его гнали. Он не был похож на других тигров и не мог найти пристанища.

Постепенно Белый привык к одиночеству. Он знал, что может надеяться только на себя. Охотиться решался лишь ночью, да и то на мелкую слабую дичь. Жизнь оказалась совсем неласковой. Часто он вспоминал мать и Рыжика, но от воспоминаний дрожало сердце, и хотелось, задрав к желтым звездам голову, зарычать.

Так прошел год. Однажды тигренок увидел стадо слонов, мирно обрывающих листья с деревьев. Слонята крутились меж взрослых.

Один слоненок, наверное, самый смелый, проявил большой интерес к странному белому существу. Он приблизился к тигренку, подумал. Отошел в сторону, возвратился, топорща уши и мотая хоботом.

Белый побаивался, но с интересом смотрел на незнакомца. А слоненок совсем осмелел! Подошел к Белому, дунул ему в ухо, весело и неумело затрубил. Тут и тигренок перестал бояться, дружелюбно зарычал в ответ и перевернулся на спину. Взрослые слоны не препятствовали игре малышей, видимо, они знали, что тигренок еще не опасен для них. Наступил вечер. Впервые Белому было спокойно, он не хотел покидать друга и расположился на ночлег недалеко от слоновьей семьи.

Шли годы. Белый вырос и возмужал. Он превратился в могучего, прекрасного зверя. И его друг уже не был похож на прежнего неуклюжего малыша. Но расставаться не хотелось. Наперекор всем законам джунглей они продолжали дружить.

Однажды к стаду слонов подошел человек. Что привело его к этому месту? Что заставило его приблизиться к животным? В руках у него был охотничий нож, за поясом – небольшой топорик, а за спиной – винтовка.

Слоны мирно паслись, не замечая опасности. Белый вскинул голову. Увидел двуногое существо, вскочил и ощетинился. В одну минуту перед его взглядом промелькнули пропавший брат и мать, неподвижно лежащая на боку, закрывшая навсегда желтые, словно звезды, глаза.

Тигр прыгнул вперед, рассекая воздух мощным телом. Сколько могущества и красоты было в этом прыжке! Слоны сбились в кучу. Взрослые загораживали детенышей. А впереди, припав к земле, готовился к атаке белый тигр. И вооруженный до зубов охотник отступил, скрылся в диких зарослях. Было в глазах невиданного зверя что-то, заставившее человека испугаться. Опасность миновала. Стадо слонов отправилось на водопой. А рядом гордо вышагивал прекрасный, ослепительно белый тигр.

Записки щенка Флюка

Знакомство

Она была довольно симпатичной, хотя не имела длинных ушей и хвоста. Наверное, Ей часто бывало холодно, потому что шерсти на Ней не было совсем.

Она подошла к моим братьям и сестрам, присела на корточки и стала что-то непонятно бормотать. Мама в это время заволновалась, тоскливо заскулила, шумно вдыхая воздух. Хозяин взял ее за ошейник, строго прикрикнул и вывел из комнаты. Мы остались с Нею одни. Она брала братьев и сестер на руки, гладила, теребила за уши, все время повторяя непонятное: «Какая прелесть!» Я осмелел и подошел ближе. Зря я это сделал. Она тотчас подхватила меня, подняла высоко-высоко, так что у меня закружилась голова. Я испугался и на всякий случай лизнул Ее в нос. От Нее очень вкусно пахло печеньем и молоком, и мне стало спокойнее. Наши глаза встретились. Она улыбнулась и тихо сказала: «Флюк»! Я тогда не знал, хорошо это или плохо, и на всякий случай облизал всю ее мордочку. Она посмотрела на Хозяина и сказала:

– Можно я возьму этого?

Потом я помню грустные глаза мамы, жалобный плач сестер и братьев, непонятный шум вокруг, чужие звуки и запахи. Меня куда-то несли, высовывать голову наружу совсем не хотелось. Рядом я слышал биение Ее сердца, и от этого тихого «тук-тук» захотелось спать.

Проснулся я в незнакомом месте. Меня опустили на пол, я стал оглядываться. Увиденное очень не понравилось. Я сел и на всякий случай заплакал. Из-за угла вышел страшный белый зверь с черными хвостом, лапами и мордой. От страха я заплакал еще громче, а он, выгнув спину, зашипел:

– Пш-ш, пошел вон. Это мой дом.

Тут я растерялся окончательно и сделал лужу. Зверь мяукнул и побежал жаловаться. Появилась Она, взяла на руки, приятно погладила за ухом и посадила на коврик.

– Место, Флюк, место.

И тут я понял, что Флюк – это я, что «место» – это мой новый дом и что от страшного зверя лучше
держаться подальше.

Новый дом

Постепенно я освоился на новом месте, присмотрелся к его обитателям.

Самым главным оказался тот, кого Она называла: «Папа». Он был очень высокий, большой и серьезный. От него невкусно пахло табаком, улицей и чем-то непонятным. Говорил он мало, любил полежать на диване, хотя мне почему-то не разрешал. Он больно трепал меня за ухо, приговаривая при этом одно и то же: «Нельзя!», когда я, бывало, чуть-чуть поиграю с его газетой.

Гораздо больше мне понравилась та, кого Она называла: «Мама». Она, конечно же, была не такой красивой и доброй, как моя мама. Зато у нее было одно важное преимущество, из-за которого мне очень хотелось с ней подружиться. Она часто находилась там, где выдавали еду. И как же вкусно от нее пахло котлеткой или колбасой! Хотя, пожалуй, дружить с ней было бы скучно. Она никогда не хотела бегать, прыгать и гавкать.

Больше всех я полюбил Ее. Ах, как весело Она играла со мной, замечательно бросала мячик, который я Ей приносил. Она никогда не сердилась на меня. У нее был только один недостаток. Каждое утро Она куда-то уходила и, как я ни плакал, как ни просил Ее не покидать меня, все равно закрывала за собой дверь, оставляя меня в одиночестве изнывать от тоски и тревоги за Нее. Зато как я бывал счастлив, когда Она возвращалась. Я бежал Ей навстречу, Она смеялась и целовала меня в нос. В тот момент мне хотелось стать бабочкой и летать.

Что ни говорите, а самым неприятным из всех обитателей дома был кот – тот самый страшный зверь, который так напугал меня в первый день. Очень часто я видел, как этот хитрец, выгнув гибкую спинку, пел про себя песенку: «Я красавец. Я мудрец. Я лучше всех. Глазки голубые, шерстка пушистая – да-а-айте котику рыбки». Хозяева коту верили, кормили вкусной рыбой и очень сердились, если я хотел заставить его поделиться. За это меня больно шлепали полотенцем, а кот злорадно усмехался в усы.

Еще в этом доме жил попугай. Он вызывал у меня большое уважение. Часто он говорил со мной по душам:

– Почему-то все думают, что я глуп. Но я не глуп, а очень умен. А уж красавец какой! Посмотри, какой клювик у меня, глазки-бусинки, а хвостик с бирюзовыми перышками! Это чудо!

Я соглашался, потому что у меня такого хвоста не было. Попугай любил пошутить надо мной и хозяевами. Зачирикает дверным звонком и смеется, глядя, как мы все к двери бежим. А потом сядет, как ни в чем не бывало, на жердочку, и любуется собой в зеркало.

А вообще, жизнь была все-таки очень веселой. Особенно когда Она ходила со мной гулять...

Прогулка

У-у-у! Я не пес! Я дикий зверь на охоте! Вот бежит заяц, скорее нужно поймать добычу! Ну и что, что заяц оказался старым пакетом, уносимым ветром.

Вот я бегу, пыль во все стороны летит. Лапы у меня длинные – попробуй догони, уши разлетаются – все слышу, нос чуткий – все знаю!

Стоит куст, на ветру качается, а мне кажется, что и не куст это, а разбойник на Нее напасть хочет. Подбегу, потреплю ветку – и бегом дальше.

Я бегу – все боятся, зарычу – все врассыпную. Вот я какой! А это кто? Это же кошка! Терпеть их не могу, от своего кота дома натерпелся! Сейчас догоню, откушу хвост нахалке.

– Гав, гав, гав!!!

Убежала... Жалко, что я не умею лазить по деревьям, уж я бы ей задал хорошую трепку.

А это кто тянет меня за хвост? Старый друг – Ворчун. Он мой учитель. Ворчун очень не любит, когда собаки нарушают правила поведения. На этом свете он живет давно, много знает, много видел. От него часто достается молодым и сильным собакам – таким, как я. Хотя он почему-то называет меня щенком и часто ругает за то, что я далеко убегаю и оставляю Ее без присмотра. Наверное, он прав. Ведь Она совсем беспомощная – не умеет нюхать, слушать и видеть опасность.

Вот и сейчас, не успел я посмотреть, что скрывается за тем деревом, как Она куда-то исчезла. Где Ты? Куда пропала? Нет, я совсем не боюсь, только чуть-чуть. Что это, я потерялся? Да где же Она? Как же теперь буду жить? Нет, надо успокоиться. Вот, вот, знакомый запах печенья и молока. Это Она! Какое счастье! Я бросаюсь к ней, стараюсь обнять ее лапами, Она смеется, а я облизываю ее мордочку и понимаю, что вот оно – счастье, когда есть кого любить и охранять.

Мы возвращаемся домой, туда, где ждет меня вкусный ужин, теплая подстилка. Я уже никуда не убегаю, потому что знаю: Она без меня не сможет справиться с опасностями. Вот мы и дома.

Она садится за письменный стол, я уютно устраиваюсь у Ее ног и чувствую, как моя душа все-таки становится бабочкой и порхает вокруг нее...

 

Рейтинг@Mail.ru