Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Биология»Содержание №3/2008

ЖИВОЙ УГОЛОК

Р.А.ЧАУРИНА

Гордость отечественной селекции

Если вы любите комнатные цветы, то у вас, наверное, есть и сенполии, или узамбарские фиалки. А знаете ли вы, почему они так называются и где их родина?

В конце XIX в. Танзания входила в состав германских колоний и называлась Узамбарским округом Германской Восточной Африки. Окружной начальник (швейцарец по происхождению) барон Вальтер фон Сен-Поль Иллер был человеком любознательным. Поэтому он знакомился с народными обычаями, изучал местные наречия, интересовался удивительно разнообразным животным и растительным миром. О своих впечатлениях и наблюдениях он писал отцу – бывшему гофмаршалу Ульриху фон Сен-Полю, который, выйдя в отставку, возглавлял Дендрологический сад в Силезии и был почетным председателем Германского дендрологического общества.

В 1892 г. Вальтер фон Сен-Поль, путешествуя по окрестностям, увидел небольшое скромное растение. Он описал его так: «Цветок… словно светился бледно-голубым светом в чаще из десяти темных, сочного цвета листьев, а в середине его горел ярко-желтый огонек. Формой и цветом лепестков напоминал нашу фиалку, но был гораздо нежнее».

Вальтер фон Сен-Поль собрал семена и переслал их в Европу своему отцу, а тот передал близкому другу – известному ботанику Герману Вендланду, который руководил ботаническим садом в Ганновере. Здесь-то впервые в Европе и было выращено это растение – представитель совершенно нового, неизвестного до тех пор рода семейства геснериевых*...

Африканскую новинку Вендланд назвал в честь отца и сына – «сенполией». А видовым его названием стало – сенполия фиалкоцветковая (Saintpaulia ionantha H.Wendl). В качестве немецкого Вендланд использовал название «узамбарская фиалка». Именно это название и стало в скором времени хорошо известно всем цветоводам.

В 1893 г. цветущие экземпляры сенполии фиалкоцветковой были продемонстрированы на Международной выставке садоводства в бельгийском городе Генте. С тех пор и началось триумфальное шествие этого скромного растения по всему миру.

В России африканская фиалка появилась, скорее всего, в самом начале XX в. Тогда она была редкостью, и выращивали ее в основном в оранжереях ботанических садов. Лишь в конце 1940-х – начале 1950-х гг. началось массовое увлечение этой культурой. Сегодня узамбарская фиалка – королева комнатных цветов.

Селекцией сенполии стали заниматься в 1960-е гг. Велика заслуга в этой области директора Ботанического сада Ленинградского университета Д.М. Залесского, собравшего большую коллекцию и посвятившего многие годы своей жизни научной работе по изучению этих растений. Он создал такие сорта, как «Голубой Дунай», «Свет и Тень».

В отечественной селекции сенполий особое место занимают Борис Михайлович и Татьяна Николаевна Макуни. Их увлечение сенполиями началось с того, что каждый раз, проходя мимо окна соседнего дома, они любовались настоящей оранжереей на подоконнике. Там росли лимоны, антуриумы, сенполии и другие не менее удивительные растения.

Татьяна Николаевна, увлекавшаяся выращиванием комнатных цветов, подолгу смотрела на это чудо.

Однажды, желая сделать жене приятное, Борис Михайлович к празднику подарил ей синий цветок с необычным названием «узамбарская фиалка». Через какое-то время такую же фиалку, только белую, подарила и соседка. У Татьяны Николаевны мелькнула мысль: а что, если соединить красоту обеих фиалок? Она скрестила эти две сенполии, и первый опыт оказался удачным. Борис Михайлович заинтересовался и, поддержав начинание жены, активно включился в работу.

За небольшой по историческим меркам срок сенполия из скромной Золушки превратилась в королеву комнатных растений, потеснив фикусы, герани, кактусы... Роль волшебников взяли на себя селекционеры – из невзрачной голубой фиалочки были получены сорта с красными и желтоватыми цветками, фиалки-химеры с контрастной полосой по центру лепестка, бахромчатые фиалки, махровые, сорта с окраской «фэнтези» – с крапинками и точками контрастного цвета, фиалки-мини, трейлеры, пестролистники, т.е. растения с пестрыми листьями, и не только зеленые с белым, но и зеленые с розовым или лимонным. Пестрые листья настолько эффектны, что порой затмевают цветки. Появились и оригинальные формы цветков, одна из которых называется «оса».

Давайте пофантазируем и представим себе диалог селекционера сенполий с его любимым цветком:

– Я твой рыцарь, принцесса Сенполия…
Твоих красок загадочность, нежность
Согревают домашний уют.
Фиолетовость, солнечность, снежность
Шепчут, спорят, вздыхают, поют…
– Верный рыцарь мой, ты не забудь,
я не тихая пристань – дорога,
Вечный поиск…

Елена Камаева

Новых сортов сенполий уже тысячи! Но селекционеры тем и отличаются от обычных людей, что всегда мечтают о чем-то доселе невиданном, не случайно же говорят, что желание – это тысяча возможностей, а нежелание – тысяча причин. И кто знает, может быть, пройдет какое-то время, и мы увидим сенполии оранжевые, как апельсин, или желтые, как подсолнух, багряные, как закат, или розовые, как облака в морозный день.

Макуни начали заниматься селекцией в 1962 г. практически с нуля. В то время получение розовой или белой фиалки считалось уже достижением, крупные и фантазийно окрашенные цветки – большой редкостью и уж совсем сверхъестественным – тысячная коллекция сенполий в московской квартире.

Стали появляться новые сорта, выведенные Борисом Михайловичем и Татьяной Николаевной Макуни, например «Натали» – первый бахромчатый махровый сорт. За ним во множестве последовали и другие великолепные гибриды, часто похожие на произведения искусства. Шедевром 1970-х гг. признали «Фаворит» – большие, асимметричной формы двухколерные звезды: сиреневые, переходящие в насыщенно-лиловые.

«Звездным часом» для супругов Макуни стали 1980-е гг. В это время плодотворно работали многие любители фиалок, однако пальма первенства по праву принадлежала Макуни. В.А. Михеев в своей книге «Сенполии» подчеркивает, что многолетняя селекционная работа в сочетании со скрупулезной системой записи результатов позволила им как выявить определенные перспективные линии скрещивания, так и научиться избегать гибридизационных «тупиков». Макунинские сенполии уже тогда впечатляли даже обладавших высокой культурой цветоводства японцев – в Стране восходящего солнца российские фиалки показывали на специально организованных выставках.

Укоренение листового черенка:

Укоренение листового черенка: 1 – острым ножом срежьте с растения лист, затем укоротите черешок до 4–5 см; 2 – карандашом или пальцем сделайте ямку в земельной смеси для укоренения и посадите в нее лист под углом 45°; 3 – чтобы сохранить влагу,  накройте горшок полиэтиленовым пакетом и поставьте на яркий рассеянный свет; 4 – через 5–6 недель появятся корни, а вскоре и маленькие ростки, после чего родительский лист нужно срезать.

До середины 1990-х гг. Макуни вывели около 300 сортов узамбарских фиалок, среди которых белоснежная «Галина Уланова», акварельно-голубая «Апрелька», розовая махровая «Волшебница». Похож на сказку сорт «Зима улыбается»: белые махровые и полумахровые цветки с розовым «румянцем», на краях лепестков – малиновые мазки и напоминающая иней изящная нежно-салатовая бахрома; сердцевину цветка, как бы охраняя ее тайну, прикрывают внутренние лепестки; листья – зеленые, с оливковым оттенком, округлые, слегка удлиненные. Трудно подсчитать, сколько наград на выставках завоевала и продолжает завоевывать эта фиалка-красавица. И сегодня она является одним из лучших и популярных сортов отечественной селекции. Шедеврами Макуни в последней трети прошлого столетия стали «Сладкие Губки», «Алиса».

В 1995 г. в знак благодарности за присланные листовые черенки и цветоносы фантазийных фиалок (химер) Американскому обществу любителей сенполий (AVSA, существует с 1946 г.) было отправлено несколько российских культиваров, среди которых листовые черенки сортов селекции Б.М. Макуни «Весенняя Мелодия», «Любимая Теща»... На выставке AVSA в городе Сиэтле они произвели настоящий фурор. Рядом с одной из макунинских фиалок стояла табличка «Русская суперзвезда».

Сегодня уже с полным правом можно говорить о российской школе селекции узамбарских фиалок, основы которой были заложены супругами Макуни. В настоящее время над созданием новых сортов успешно работают замечательные селекционеры: Е.А. Архипов, Н.А. Пуминова, К.Л. Морев, Е.В. Коршунова и др.

В творческом союзе супругов Макуни Борис Михайлович, инженер-физик по образованию, был ведущим. Он – генератор идей, а Татьяна Николаевна занималась посевом, пикировкой, выращиванием сеянцев. Без преувеличения можно сказать, сорта фиалок, выведенные Б.М. и Т.Н. Макуни, открыли новую страницу в сенполиеводстве, и сегодня ни одну выставку нельзя себе представить без их сортов, будь то «Зима Улыбается», «Песня Сольвейг» или «Татьянин День»... Название «Татьянин День» ассоциируется как с праздником студентов, так и с именем создательницы сорта. Эта удивительная фиалка украшает сегодня многие коллекции. У нее аккуратная розетка, цветки махровые, белые, среднего размера, цветоносы крепкие. Листья не вытягиваются даже при размещении в местах с недостаточным освещением. Листовой черенок образует от 2 до 5 новых розеток. Фиалка цветет обильно и длительно (около двух месяцев) до трех раз в год.

Наш соотечественник, известный биолог, растениевод, академик Петр Петрович Вавилов (1918–1984) говорил: «Селекция – это эволюция, направленная волей человека». И с этим трудно не согласиться. Очень сложно создать новый сорт, но нелегко и придумать ему название, не повторяясь. Большинство макунинских названий интересные и запоминающиеся, например, «Памяти Академика Вавилова», «Галина Уланова», «Гранатовый Браслет», «Бегущая по волнам», «Хозяйка Медной Горы», «Морская Душа», «Песня Сольвейг», «Веселая Марганцовка», «Кот Леопольд», «Волшебный Снег», «Ах, Настасья», «Праздничный Салют», «Вечерний Перезвон», «Весенняя Капель».

И только название одного из последних сортов Б.М. Макуни, «Памяти Тани Макуни», звучит как оборванная струна, вызывая чувство скорби… Этой замечательной женщине и этому удивительному сорту коллекционер фиалок Анна Скворцова по-святила свое стихотворение «Вологодское кружево» (Памяти Тани Макуни):

Стройная фигурка, длинные ресницы...
Снова что-то вяжет, Таня-кружевница.
Вьется вязь узоров на салфетке белой,
Как на лучшем платье Снежной Королевы!

Темы печатных работ Т.Н. и Б.М. Макуни были самыми разными: описание новых сортов, размножение семенами и листовыми черенками, зимнее содержание растений и пересадка, полив, удобрение, борьба с вредителями… Когда литературы о фиалках явно не хватало, их книга «Сенполии» была чуть ли не единственным пособием для начинающих коллекционеров. Это издание и по сей день остается самым авторитетным.

Талант Б.М. Макуни сверкал многими гранями. Борис Михайлович прекрасно рисовал: иллюстрировал свои книги, писал картины, сочинял стихи. Великолепно фотографировал. И даже сегодня, когда фототехника шагнула далеко вперед, его слайды остаются непревзойденными. Он знал множество «фиалочных» историй и рассказывал их с присущим ему чувством юмора. Его отличительной чертой была щедрость: он очень любил делать подарки.

Кто-то очень любит марки,
Кто-то кошек, кто собак.
Он любил дарить фиалки
К празднику и просто так...

До сих пор друзья и коллеги Макуни помнят традицию дарить под Новый год ковер из фиалок. Зрелище было необыкновенное: сорванные цветки всевозможных окрасок клали в широкий плоский сосуд на воду, и в течение многих дней они радовали ярким сочетанием колеров и изысканными формами. А за окном в это время шел снег…

Супруги Макуни считали, что фиалки – как люди, и каждый цветок, как и каждый человек, индивидуален, имеет свой характер. Они были убеждены, что с растением нужно разговаривать, поощрять его, и оно ответит на внимание щедрым цветением. Они твердо верили, что растение всё понимает. И словно в подтверждение этого произошло невероятное: на 40-й день после кончины Бориса Михайловича на полке с сеянцами его последней селекции раскрылись огромные, удивительно красивые красные цветки! Это было похоже на прощальный салют...

Когда-то замечательный селекционер-самоучка Иван Владимирович Мичурин мечтал о том времени, когда люди будут останавливаться у нового чудесного сорта с таким же восхищением, как и перед новой сложной современной машиной. И такое время настало. Приходите в «Дом Фиалки» в Москве. Если вы придете зимой, вас встретит лето, а если осенью, то весна. Вы обязательно остановитесь у какого-либо сорта с восхищением, потому что перед вами предстанут растения лучших селекционеров и коллекционеров России.

На сентябрьской выставке 2005 г., посвященной 75-летию Б.М. Макуни, В.Н. Калгин, организатор «Дома Фиалки», сообщил об учреждении Премии имени Б.М. Макуни, которую раз в год будут вручать авторам лучших новинок российской селекции и коллекционерам, чьи розетки российских сортов займут первые места на выставке, приуроченной к очередному дню рождения «Дома Фиалки».

В море сенполий всех цветов радуги на выставке красовались и сорта известного селекционера Е.А. Архипова, один из которых он назвал «Памяти Селекции Макуни». Рассказ о первопроходцах отечественной селекции сенполий, супругах Б.М. и Т.Н. Макуни, мы закончим его словами: «Чтобы научиться создавать сорта фиалок с крупными махровыми цветками, нужна была кропотливая многолетняя работа, причем счет шел не на десятки и даже не на сотни сеянцев, а на тысячи и тысячи, титаническая работа, колоссальный опыт... Кто сейчас сумел бы восстановить и продолжить этот уникальный труд? Если спросить меня, мог бы я достичь мастерства Б.М. и Т.Н. Макуни, я бы ответил: «Никогда». Для этого нужны не просто десятки лет, надо быть такими, как Борис Михайлович и Татьяна Николаевна, – терпеливыми, упорными, мудрыми и талантливыми» (Евг.Архипов. Художника не стало // Узамбарская фиалка, 2004, № 4, с. 21).


* Семейство геснериевых объединяет около 140 родов и 2000 видов почти исключительно тропических растений. Свое название оно получило от скромного растения геснерия, названного в честь выдающегося естествоиспытателя, швейцарца Конрада Геснера (1516–1565). Один из образованнейших людей своего времени, человек энциклопедических знаний – врач, ботаник, зоолог, профессор Лозаннского университета, он был автором многих ботанических работ, которые сопровождались его собственными прекрасно выполненными рисунками. Задолго до Карла Линнея он предложил свою классификацию растений. Геснер был также известным филологом, знатоком древних языков, его называют еще «отцом библиографии».

 

Рейтинг@Mail.ru